Право на справедливый суд: как работает статья 6 Европейской конвенции по правам человека

Зачем вообще нужна Конвенция?

Вопрос провокационный. Хотя в повседневной жизни, оплачивая счета ЖКХ или совершая покупки в магазине, люди не часто задумываются о таких материях, как международное право и свободы человека, их роль – как и роль ЕКПЧ – переоценить трудно.

«Аргументов, подтверждающих значение Конвенции, много. Наиболее убедительный, на мой взгляд – это год принятия Конвенции. Это был 1950, всего пять лет после завершения Второй мировой войны. Это неслучайно: конечно, идеи о правах человека оформлялись задолго до этого, но эта война стала наиболее крупной трагедией в истории человечества. Она актуализировала все собранное, возникли идеи и нового формата – что должен существовать некий объем прав человека, который бы не зависел от политического режима, социальной и экономической обстановки, идеологии государства или других внешних факторов. Этот объем было решено закрепить на международном уровне – таким документом и стала Конвенция», – говорит Евгений Фокин.

Конвенция – далеко не первый принятый документ, который гарантирует права и свободы человека. Почему их так много, в чем особенность ЕКПЧ?

Действительно, Европейская конвенция по правам человека – не единственный подобный документ. Так, за два года до ее подписания была принята Всеобщая декларация прав человека. История знает и другие подобные договоры, хартии и соглашения. На этот счет Евгений Фокин приводит два аргумента. Первый: права человека – не та категория, где может быть множество защитных механизмов. Второй: каждый из этих документов выполняет свою функцию, у каждого есть свои особенности.

«Главной особенностью ЕКПЧ является то, что она предусмотрела особый защитный механизм, применительно к правам человека. Это судебный механизм – Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). Другими словами, был создан специальный судебный орган, который призван гарантировать и защищать права человека в европейском пространстве», – считает юрист.

Почему так важна статья 6?

Шестая статья, предусматривающая право на справедливое судебное разбирательство, стала центральной статьей Европейской конвенции по правам человека. Кроме того, многолетняя статистика показывает, что она стабильно остается одной из наиболее популярных при обращении в ЕСПЧ. Однако, как отмечает Евгений Фокин, даже несмотря на ее важность, в целом статьи Конвенции не могут существовать в отрыве друг от друга.

«Они взаимосвязаны и взаимодействуют. Наиболее тесная взаимосвязь статьи 6 со статьей 13 – последняя предусматривает право на эффективное средство правовой защиты. Иными словами, статья 6 конкретизирует механизм, заложенный в статье 13», – уточняет эксперт.

По его словам, при обращении в ЕСПЧ по статье 6, нужно четко понимать, что это в чистом виде процессуальная статья. То есть те вещи, которые в ней заложены, имеют в первую очередь процессуальное значение и касаются только сферы судебного разбирательства. На практике это означает, что ЕСПЧ не занимается пересмотром решений национальных судов. Орган проверяет справедливость судебной процедуры.

«Если пытаться заставить ЕСПЧ пересмотреть решение нацсудов, то можно получить отказ с формулировкой: «Местный суд – это более подходящее место для национального права», – подчеркивает Евгений Фокин.

Какова сфера действия статьи 6?

Сфера действия заложена в самом документе, там отмечается: «В случае спора о гражданских правах и обязанностях». А вот что под этим понимать – вопрос дискуссионный.

«Изначально была предложена другая формулировка, которая не вошла в текст, звучала она так: «В случаях спора о правах и обязанностях, предусмотренных законом». Резко против выступила Великобритания (страна прецедентного права), значение закона там совсем не такое, как в других государствах. Фраза ставила Великобританию в неравное положение, она была резко против, поэтому был принят компромиссный и более абстрактный вариант», – рассказывает юрист.

Толковать формулировку пришлось Европейскому суду по правам человека. «Рецепт» по определению спора как гражданско-правового был предложен в деле «Доймеланд против Германии» 1986 года. По его итогам ЕСПЧ сформулировал следующую позицию: чтобы определить спор как гражданско-правовой, надо, чтобы имущественные, экономические интересы преобладали над публично-правовыми, политическими интересами заявителя.

Как ЕСПЧ трактует статью 6 Конвенции?

По словам Евгения Фокина, в практике Европейского суда по правам человека сформировалась определенная методология. Это то, что принято называть судебными доктринами, которые поясняют, как ЕСПЧ трактует, интерпретирует и применяет Конвенцию.

Таких доктрин существует несколько:

• Первая – доктрина автономного толкования. Суть концепции в том, что практика ЕСПЧ независима от национального права, орган создает собственную. Это касается и понятийного аппарата: ЕСПЧ формирует содержание понятий, сам дает им трактовку. При этом он никак не связан с теми понятиями, которые имеют место в национальном законодательстве. «Самое интересное, на мой взгляд, понятие – суд. Мы изучаем, что это некий государственный орган, который призван вершить правосудие, независимый, его решения обязательны и так далее. ЕСПЧ исходит же из того, что суд – необязательно государственный орган (а, например, коллегия или коллегиальный орган). И в практике ЕСПЧ достаточно широкие трактовки этого понятия», – отмечает Фокин.
• Вторая доктрина – доктрина эволютивного толкования. Связана она с «осовремениванием» Конвенции, которая была принята еще в прошлом столетии. «Очевидно, что гражданское судопроизводство в 2019 году принципиально отличается от того, что было в XX веке. ЕСПЧ трактует судебную процедуру, гарантии судебной процедуры, исходя из современных реалий. Это определенный вызов: мы видим, что сейчас перед гражданским судопроизводством возникают новые проблемы. Например, появление цифрового или электронного правосудия. Перед ЕСПЧ стоит задача по толкованию данных тенденций в духе современности», – подчеркивает эксперт.
• Еще одна доктрина, которую переводят двояко, – доктрина свободы рассмотрения или поля усмотрения. По мнению Евгения Фокина, существует именно некое поле усмотрения, в пределах которого государства могут самостоятельно развивать и толковать свое законодательство. «Конвенция задает только основы правового регулирования, наиболее фундаментальные вопросы, а национальный законодатель так или иначе эти основы развивает и помогает им ассимилироваться в национальном праве. Часто бывает, что заявители, когда обращаются в ЕСПЧ по статье 6, начинают ссылаться на частные вопросы судебной процедуры – например, срок обжалования или распределение бремя доказывания. Это не представляет угрозу несправедливости разбирательства в целом. ЕСПЧ здесь ссылается на доктрину поля усмотрения и указывает, что эти вопросы относятся к усмотрению государств», – отмечает юрист.